"Оптимизм — залог успеха в любом деле, — думала Лита, энергично хлюпая по болотного цвета блевотине из перегнивших растений. — Мы здесь меньше суток, не успели влипнуть ни во что хуже грязи, и нет никаких поводов думать, что это не увлекательная прогулка на природе!" Она порядком утомилась, но то ли флора и фауна Фелуции вполне соответствовала ее ядовитому характеру, то ли просто из духа противоречия, она решила, что планета не заслуживает никаких плохих чувств. С некоторым злорадством она наблюдала за учеными, которые тащились по болоту на чистом энтузиазме, потому что выдержки и выучки у них не было никакой; и не признавалась себе самой, что все-таки немного завидует им. У них был азарт, были цели и смысл, все встреченное на пути представлялось им удивительной загадкой, которую можно увлеченно решать, добывая себе научные лавры или просто удовлетворяя бескорыстный интерес. В Лите этот самый интерес тоже жил немного (вот, скажем, эта пунцовая лиана с огромным шипом — она человекоядная или не очень? умеет ли она шевелиться?) — но, вспыхнув на миг, погасал так же быстро, как и зародился.
Рядом топала выдающаяся ростом Фазма, всеми решительными движениями и видом непроницаемой брони показывавшая желание застрелить всякого, кто выскочит из зарослей папоротника. Ее штурмовики, словно копии ее самой, шагали следом в белой броне — точнее, не совсем белой, а в травянистно-болотную крапушку. Впереди шла с группой ученых глава их небольшой экспедиции Лингве, и, кажется, была не слишком в восторге от путешествия, если судить по тону, каким она осаживала ученых, желающих изловить какую-нибудь занимательную пакость.
Наконец они дотащились до заросшего лианами прохода в подземные помещения, предположительно юужань-вонгскую лабораторию. Пока штурмовики избавлялись от растений, Лита присела на кочку рядом с учеными, и прислушалась — не к физическим звукам, разумеется, а к куда более информативному потоку Силы.
И тогда ей стало не по себе, впервые с начала экспедиции.
Странное, неприятное ощущение, не похожее ни на что определенно знакомое ей, при этом она не смогла бы однозначно заявить, не испытывала ли она что-либо подобное однажды. Кажется, нет — и все же что-то тянуло изнутри, словно цеплялось за уже затронутые однажды струны, подтачивало уже выеденные однажды ранки.
"Вероятнее всего, дежавю," — попыталась успокоить себя Лита.
Когда десять лет твоей жизни проглотил сарлакк, никогда нельзя быть уверенным, дежавю ли, воспоминание ли, всплывшее на задворках сознания, или просто сходный эффект от воздействия разных источников.
Лингве уже сунулась в пасть этого адского места, и Лита с усилием поднялась на ноги и потащилась следом. Плотоядные грибы, лианы-удавы и двухголовые рептилии — это все очень мило и безопасно, на самом деле, а вот странные явления в Силе не могут не настораживать.
— Да, я несомненно чувствую что-то, — ответила она Лин, которая тоже учуяла Силу. — Знать бы еще — что. Мне оно неприятно, — поморщилась она под маской.