Начались вторые сутки из 4.9 стандартных дней (спасибо за эту точную оценку мистеру Споку) пребывания Энтерпрайза на орбите тихой и процветающей планеты Ааронов-Бом на самой границе альфа— и бета-квадрантов. Несмотря на то, что изначально планета была заселена в равной степени телларитами и андорианцами для добычи тританицма, быстро выяснилось, что поверхность обладала исключительным климатом, усиленным неким воздействием окружающих планету звезд на рост растений, благодаря чему разведение аграрных культур стало центральной деятельностью на Ааронове-Боме. Это являлось одной из первых задач Энтерпрайза в только начавшейся пятилетней миссии: выяснить, возможно ли репродуцировать условия для выращивания агрокультур на других планетах Федерации, которые могли испытывать перебои с поставками продовольствия. Для изучения возможности мультипликации и распространения научный отдел во главе со старшим офицером по науке проводил в астрофизической лаборатории какой-то сложный и ресурсозатратный эксперимент.
И какой бы (по личным причинам — Тарсус IV) важной для Джима не была борьба с межпланетным голодом, сидеть на мостике и разглядывать не меняющуюся ни на секунду орбиту планеты вместе с урезанным составом альфа-смены — только Сулу, Ухура и Чехов — было просто самым унылым, скучным и вызывающим желание залезть на стену занятием, которые только можно было представить в этом бесконечном звездном пространстве, где было возможно, что угодно. Вместо исследования новых миров и новых форм жизни весь экипаж был вынужден сидеть и ждать, когда Спок и его команда закончат исследования звезд и зерна. Шел только второй день, а Джим уже потихоньку сходил с ума.
Именно поэтому его кровь так вскипела от зарождающегося восторга хоть какого-то действа, когда Ухура повернулась к нему; на ее лице читался легкий испуг:
— Сэр, входящая трансляция. Сигнал тревоги. Это повторяющаяся видеозапись.
Джим выпрямился на кресле, инстинктивно чуть подавшись вперед, будто был готов прыгнуть вперед, как гонячая, почуявшая добычу. Он вжал ладони в подлокотники и быстро ответил:
— На экран.
На экране появилось изображение человека в форме лейтенанта-коммандера Звездного флота. Видео рябило, а звук был таким, словно его записали в железном ведре. Человек на видео был явно напуган: на фоне можно было различить силуэты бегающих туда-сюда офицеров флота и какой-то пожар.
— Мэйдэй, мэйдэй. Ближайшему кораблю Федерации... Лейтенант-коммандер Томпсон, звездная база 47 “Вангард”... Требуется помощь и… срочная эвакуация. Повторяю, мэйдэй, мэйдэй…
Видео тормозило и прерывалось, как будто сигнал не проходил до конца. Сложно было не только разобрать речь Томпсона, но и вообще понять, что случилось: “Вангард” — новая база Федерации, строительство которой только недавно началось вблизи Ааронова-Бома. Персонал на базе должен был быть минимальным, только базовый состав, необходимый для поддержания функционирования и продолжения строительства базы.
И еще, это было так далеко на границе квадранта, что Энтерпрайз однозначно должен был быть самым ближайшим кораблем к месту происшествия.
— Ухура, передай на планету и в астрофизическую лабораторию, что эксперимент временно приостановлен и будет возобновлен только после разрешения инцидента с “Вангардом”. Направь сообщение Федерации, что Энтерпрайз уже в пути и поможет персоналу базы. Чехов, полный варп к звездной базе-47. Расчетное время прибытия?
Улыбчивый русский мальчик на секунду оторвался от своей приборной панели и, посмотрев на Джима, с тяжелым акцентом протараторил:
— Есть, кептин! На максимальном варпе прибудем к “Вангарду” через 9 секунд.
Затем мальчишка вновь уткнулся носом в приборы. Джим кивнул:
— Давайте посмотрим, что там. Варп-9.
Энтерпрайз, как полагается, отправился в путь быстрее, чем был бы способен любой свет во вселенной.
***

Все пространство вокруг звездной базы-47 светилось, будто космос был покрыт какой-то странной биоиллюцминацией. Энтерпрайз остановился в нескольких километрах от “Вангарда”, но даже здесь это свечение покрывало обшивку нескольких палуб корабля. На мостике (да и на всем корабле, скорее всего, тоже), то усиливаясь, то стихая, раздавался неравномерный режущий звук, настолько сильный, что хотелось скорее зажать уши руками и пытаться найти выход отсюда.
— Капитан, легкие повреждения корпуса от этого видимого излучения… Двигательные сенсоры отказали, летим вслепую. Нас как будто что-то удерживает на месте, сэр — Сулу еле говорил, сосредоточенно пытаясь маневрировать и выровнять корпус завалившегося вбок от попыток избежать соприкосновения с излучением Энтерпрайза. Возможно, Джиму не стоило принимать это импульсивное и одновременно такое героическое решение — отправиться на помощь пострадавшим сразу же. Наверное, стоило хоть раз прислушаться к внутреннему голосу, так сильно напоминавшему порой голос его первого помощника, и проанализировать ситуацию до того, как лезть на рожон. Но разве оставался бы он тогда Джимом Кирком, если бы не действовал всегда только в корреляции со своей совестью и своими инстинктами?
— Желтая тревога. Астрофизическая лаборатория, полный отчет по сенсорам. С чем мы имеем дело?
Связь с научным отделом была плохой, чего никогда ранее Джим не встречал на Энтерпрайзе: в передаче были какие-то шипящие и режущие одновременно помехи, смазывающие голоса в какую-то вязкую кашу. И тем не менее, важнее всего было понять а) с чем мы имеем дело; б) как вытащить Энтерпрайз отсюда, не разбив этот новехонький шикарный корабль к чертям; в) как помочь выжившему персоналу “Вангарда” и безопасно перенести их на борт.
— Капитан, мы фиксируем высокий уровень хронитонов и тахионное излучение в разных энергетических диапазонах. Сканеры не обнаружили признаки жизни на звездной базе. Вокруг звездной базы есть признаки продолжающейся темпоральной аномалии неизвестного характера, корабль частично задет этой аномалией.
Из-за помех Джим так и не понял, с кем именно из офицеров по науке он говорил. Может быть, даже с самим Споком. А вот что он понял — нужно срочно выбираться из сигнатур этой теморпальной аномалии, пока признаки жизни все еще были на его корабле.
В конце концов, не мог же он потерять хотя бы одного члена экипажа в первый год их первопроходческой пятилетней миссии.
— Мистер Сулу, маневр уклонения Ортега-14. Скорость — одна четвертая импульса.
Энтерпрайз начал медленно разворачиваться на 18 градусов вправо. Сулу всегда был критически точным и очень осторожным пилотом.
Затем мостик накрыла яркая белая вспышка.
***

Через секунду, когда зрение вернулось к Джиму, он увидел на экране то, что точно никак не ожидал увидеть: Земля, его родная планета, во всем своем синем великолепии была прямо перед Энтерпрайзом. А это означало лишь одно: подбитый корабль оказался за сотни световых лет от “Вангарда” и, получается, либо бросил сотни офицеров Звездного флота на верную смерть (если показания приборов оказались ошибочными), либо оставил позади себя неразрешенную темпоральную аномалию, которая черт знает что могла принести в их галактику.
— Ухура, свяжитесь с Звездным флотом на Земле, нужно срочно передать им информацию о происшествии на звездной базе-47. Начальнику инженерной службы, — Джим быстро переключил свой коммутатор, — оперативно подготовить отчет обо всех повреждениях на корабле.
— Капитан, — Ухура медленно повернулась к Джиму, выражение ее лица было таким мрачным, словно кто-то умер. Кто-то очень близкий. — Мы не фиксируем варп-сигнатуры с планеты. Это… Это Земля до первого контакта. Здесь еще нет Звездного флота.
Так. Так. Потрясающе.
— В таком случае, мистер Чехов, мистер Сулу, нам необходимо срочно спрятать корабль. Не хватало еще, чтобы нас увидела доварповая цивилизация. — Если честно, Джим плевать хотел на Первую директиву, когда дело касалось спасения жизней. Но сейчас нужно было сделать все, чтобы не нанести никакого значимого урона пространственно-временному континуума и не дай бог стереть Землю из времени — или еще похуже.
— Мы можем спрятать корабль за Луной, кептин, и включить маскировку, чтобы избежать обнаружения. С доварповыми технологиями спутники или планетарные приборы не смогут нас обнаружить.
— Отличная идея, мистер Чехов. Выполняйте.
Энтерпрайз начал медленно оборачиваться вокруг Луны в поисках хорошего места для глубокого прикрытия. Входящий вызов — астрофизическая лаборатория.
— Капитан, мы зафиксировали на поверхности планеты темпоральные сигнатуры, аналогичные сигнатурам на звездной базе-47. Если наши предположения верны, связь между аномалиями неоспорима. С борта Энтерпрайза невозможно сделать более детальный анализ. Рекомендуем направить небольшую группу высадки для более детального считывания показателей аномалии на планете. По нашим данным, на Земле сейчас середина 2050-х годов, аномалия фиксируется на территории бывших Соединенных Штатов Америки.
Отлично. Просто отлично.
Кажется, эта беспокойная мысль о стирании Земли или еще чего похуже из течения времени очень зря пришла в голову Джиму; это как бояться, что что-то случится, и оно происходит — карма. Не хватало еще, чтобы время реально сломалось в его капитанскую смену.
— Отлично. Начальник службы безопасности, старший офицер по науке и начальник инженерной службы, встречаемся в транспортерной через две минуты. И реплицируйте одежду, которую люди могли бы носить в середине 21 века. Конец связи.
Джим тяжело вздохнул. Этот ленивый, скучный день, который начался с изучения зерна, совсем не должен был превратиться в опасное путешествие на другой конец квадранта и еще и на сотни лет назад в прошлое.
“Бойся своих желаний”, — в сотый раз с легким раздражением подумал про себя Джим. Когда утром он хотел экшена, он немного не это имел в виду.
***

— …поэтому нам потребуется еще около трех часов на проверку и настройку…
Джим прервал излияния Скотти, быстро похлопав его по плечу.
— Да-да, я понял, что повреждения незначительные, и вы быстро почините нашу малышку. Я в тебя верю, Скотти, не подведи меня.
— Но сэр, капитан, я говорил, что…
— Я верю в тебя, Скотти! — Джим снова прервал Скотти на полуслове, тут же разворачиваясь к Споку и Ла’ан. Так странно было видеть их обоих в штатской ретро одежде: Ла’ан, конечно, была эффекта, как в любом другом аутфите, а вот вид Спока вызывал у Джима легкий дискомфорт: сложно было поверить своим глазам и принять тот факт, что он в принципе может носить еще какую-то одежду, кроме стандартной униформы и традиционных вулканских нарядов. Было в этом что-то… противоестественное. Ну, хоть историю с маскировкой ушей (хоть генной модификаций, хоть просто шапкой) можно было оставить ему на откуп.
— Мы спустимся на Землю и определим природу аномалии. Просканируем ее вблизи. Нельзя привлекать к себе излишнее внимание; дельты и трикодеры не держим на виду. Действуем осторожно. По плану Энтерпрайз заберет нас через трое стандартных суток, если только мы не свяжемся с ними для корректировки плана. Мы найдем способ вернуться в наше время, и за это время инженерный отсек подлатает Энтерпрайз, да, мистер Скотт?
— Сэр, я хотел сказать, что в текущей ситуации…
Джим улыбнулся во все тридцать два и махнул рукой:
— Да-да, мы это уже поняли. Опускайте нас, мистер Скотт!
Тело Джима распалось на атомы.
***

Джим хорошо знал историю Земли, и хорошо знал, какой непредсказуемой она могла быть в середине 21 века. Но что он точно не ожидал увидеть, так это какой-то покосившийся деревянный ангар в чистом поле штата Монтана, судя по приборам. Спок и Ла’ан материализовались по бокам от Джима, посреди этого промозглого ничего под серым налитым облаками небом Земли. Даже с погодой не повезло, черт возьми.
— Аномалия в этом… сарае?
Ничего более странного невозможно было предположить. Эктратемпоральные коровы? Тракторы из 23 века? Джиму было сложно представить, что вообще могло произойти в этом богом забытом… нигде. И тем не менее, как бы странно ни начался этот день, продолжался он еще более непредсказуемо.
— Ладно, идем. Надеюсь, это просто какая-то банальная мелочь.
Но это не была банальная мелочь.
Внутри ангара под низко висящими раскачивающимся на толстом проводе фонарем располагался стол, заваленный неровными стопками чертежей и расчетов. Вокруг стола сидели четверо: тощая блондинка в толстых очках в черепаховой оправе, татуированный усатый латинос в безрукавке, низенький и широкоплечий мужчина средних лет и, конечно, наиболее выделяющийся среди всех — молодой человек в повернутой козырьком назад кепке и в шейном платке. Он дымил какую-то жесткую и противно пахнущую (даже от входа ощущалось) сигарету и теребил полупустую пачку в руках. Каким бы безумным он ни казался с этого ракурса, Джим узнал его сразу и наверняка: хоть сейчас он и был моложе, чем на всех наиболее известных фотографиях, но это однозначно был Зефрам Кохрэйн, один из важнейших людей в истории Земли.
История с аномалией в сарае набирала обороты.
Джим, улыбаясь максимально ослепительно, подошел к столу, уже перебирая в голове возможные легенды, которые можно было бы выдать, чтобы втереться Зефраму в доверие, но тот его опередил:
— О, это, должно быть, наше подкрепление для переезда! Знакомьтесь, это моя команда, лучшие инженеры страны: Зося Новак, Матео Варгас и Тед Томпсон. А вас зовут?...
— Мы… эээ… Джим Кирк, Ла’ан Джонсон и Спок Смит. Да, мы здесь, чтобы помочь с переездом.
Во-первых, Джим, что за тупые имена? Импровизация не удалась.
Во-вторых, переезд?
Джим оглянулся. Только сейчас он обратил внимание на предметы вокруг стола: небольшая модель не чего-либо, а “Феникса”, одного из самых известных человеческих кораблей; какие-то отдельные детали, из которых, возможно, Зефрам собирался построить настоящий корабль; куча закрытых ящиков с неизвестным содержимым.
Джим завис.
Зефрам уронил пачку своих сигарет на пол. Джим смотрел за падением, как будто наблюдал это все в какой-то замедленной съемке.
Для начала, Джим и не предполагал, что Зефрам был курильщиком: о таком в учебниках истории обычно и не пишут, ничего странного. Что было странным, так это бренд сигарет — “Стандарт-12”. Джим был однозначно осведомлен о скандальной постыдной истории сигарет бренда: они обрели свою популярность, когда человечество научилось лечить рак, и курение стало безопасным для миллиардов людей. Бум табачной промышленности. Сигареты “Стандарт-12” повсюду.
Проблема была только в том, что от времен Зефрама должно было пройти еще немало времени, прежде чем  начался масштабный промышленный выпуск этих сигарет.
Что-то здесь было не чисто.
— Мы на минутку, надо разобраться с деталями переезда, ну, вы понимаете..
Джим снова очаровательно улыбнулся и на всякий случай даже похлопал глазами для дополнительной дозы умиления — ну разве можно его в чем-то подозревать? Он жестом подозвал Ла’ан и Спока к себе и вышел с ними на улицу; завернув за угол, он наклонился ближе к своим старшим офицерам и сказал:
— Вам не кажется, что Зефрам должен был начать разработку “Феникса” несколько позже? Вы видели, какой точный прототип находится в ангаре? Зефраму должно было потребоваться еще лет пять, чтобы дойти до такой совершенной модели, и уж точно он не должен был быть готов воплотить ее в жизнь. И эти сигареты… я точно знаю, что их начали выпускать только в конце двадцать первого века. Мистер Спок, удалось ли вам рассмотреть чертежи Зефрама? Ла’ан, ты успела просканировать местность, есть ли что-то подозрительное в его окружении или команде, возможно, кто-то выделялся? Все указывает на какой-то аномальный темпоральный сдвиг, как будто какие-то силы пытаются изменить историю Земли, и пока не ясно, каким именно образом. Но мы должны это остановить. Однозначно.
И куда, черт возьми, Зефрам собрался переезжать?